Городская газета

100 дней после взрыва Что все это время происходило с домом на Сибирской, 33 и его жителями

Просмотры: 800

Трагедия в доме на Сибирской стала одним из самых громких событий прошлого года. Взрыв газового баллона унес три жизни, еще двенадцать человек заставил бороться за жизнь, надолго оставил без крова десятки семей.

obl

Фото Никиты Грейдина, портал «Сибтерра».

Ситуация стала настоящим испытанием для города — для спасателей и власти, для врачей и волонтеров, и, главное, для самих жителей дома номер тридцать три.
С момента взрыва прошло сто дней. Что случилось за это время? Как сегодня вспоминают 30 ноября очевидцы и участники событий?
Как пережили временное изгнание жители дома и как сегодня они возвращаются к прежней жизни?

Эту тему выбрали для себя стажеры «Городской» — самые молодые авторы газеты, первокурсники факультета журналистики Томского университета.
Сегодня они пытаются восстановить ход событий: как в дни катастрофы, так и тех, что случились потом. И рассказать о них голосами тех, кто пострадал, спасал и помогал другим пережить эти сто дней.


«Я стал больше понимать тех людей, которых видел по телевизору»

Stalchenko

Фото Данила Шостака.

Александр Стальченко,
отоларинголог клиники «Сибирская»

— О ребенке я узнал от продавца из соседнего магазина. Он сказал, ребенок выпал из окна, лежит сейчас в магазине. Я — туда. Пока шел, перебирал в уме все операции, которые можно в этих условиях сделать. Но когда увидел ребенка, понял, что беспокоиться не о чем: ребенок активный, кричит, сопротивляется любым попыткам что-либо с ним сделать. Единственное, что грязный, подкопченый, опаленный. Так что поначалу моей задачей было успокоить всех, кто этого ребёнка хотел накормить, напоить, помыть. А делать этого нельзя! Ведь если у него вдруг внутренняя травма и требуется срочная операция, то нужен наркоз. А его делают на голодный желудок. Да и мало ли какую инфекцию можно занести на кожу пострадавшего. В общем, мы этого ребенка оградили от любопытных, укутали, вызвали скорую.

Знаете, я стал больше понимать тех людей, которых видел по телевизору, — у которых все рушится. Крепко так накатило. Понял, что реальность иногда может обернуться именно так, и никто от этого не застрахован. Страшно это все.

Пожарные первое время будто беспомощные были, очень долго не могли начать. Да и подъехать было сложно: между домом №33 и нашим стояли гаражи, приходилось объезжать. Это сейчас гаражи снесли на время восстановительных работ.


«Страх от неизвестности, что будет дальше»

Ivanischenko

Фото Данила Шостака.

Светлана Иванищенко,
жительница квартиры на восьмом этаже, рядом с местом взрыва

— Когда все случилось, я была на работе. Узнала по телефону. Помню, я была в каком-то полуобморочном состоянии. Это так страшно, когда своими глазами видишь, как из твоего дома вываливаются панели, стены, валит черный дым… Картина была ужасная.

К вечеру у дома собралось много жильцов, которые как раз вернулись с работы. Представьте толпу обезумевших людей, которые потеряли все. Их страх от неизвестности, что будет дальше. Рядом были сотрудники полиции, они выдавали жильцам временные справки, психологи, соцзащита — ими было выдано по три тысячи рублей в первый вечер. На следующий день мы еще получили по 17 тысяч.

Я почему-то особенно хорошо запомнила, как по двору носился молодой человек с двумя детьми, одному лет шесть, а другому — месяца два, не больше. «Куда мне идти?

Я же с ребенком!» — метался он. Николай Алексеевич (Николайчук) успокоил его: «Сейчас все сделаем». И вправду, вижу потом: идет по двору этот молодой человек с матрасиком в руках. Многие жильцы переживали за своих кошек, собак, аквариумных рыбок, которые остались в домах. Их заверили: «Не переживайте, спасем».


«Бетонная коробка, как карточный домик, готова сложиться в любую минуту»

Savinikh

Фото Данила Шостака.

Станислав Савиных,
сотрудник МЧС

— Прибыли на вызов, включились в аппараты, протянули линию на 10 этаж. В одной квартире услышали крики о помощи. Там был парень молодой. И пока ждали автолестницу, я ему отдал свою маску, чтобы он немного подышал. На четвертом этаже оказался мужчина, который не мог сам спуститься. Ему родственники помогли. Как всех эвакуировали, мы снова наверх. Тушили пожар в машинном отделении лифта, вскрывали квартиры на десятом. Под завалами обнаружили погибшую девушку.

Картина, конечно, жуткая. Сквозная дыра в стене, разбросанные по всему дому бетонные осколки, раздавленная машина, в доме напротив окна выбиты… Когда работаешь, нет времени раздумывать. А вот после пожара уже, конечно, начинаешь все это замечать. Вздутые обои, разрушенные плиты, сырость. Идешь, и ощущение, что бетонная коробка, как карточный домик, готова сложиться в любую минуту. Если бы вовремя не потушили, то, может, дом бы и рухнул. В общем, тут как плита ляжет.

После пожара возле поврежденного дома постоянно дежурили машины скорой помощи, МЧС и полиции. Я был одним из дежурных. За несколько дней до Нового года, как строители все разобрали, нас сняли с поста.


«Не знаешь, как снимать. Не говоря уже о творчестве»

u9eYaDUfepE

Никита Грейдин,
один из первых журналистов, прибывших на место, автор подробного фоторепортажа с места взрыва

— Обычный рабочий день. Помню, я только сел обедать, как мне позвонил знакомый и сказал, что в соседнем доме сильный взрыв, даже кусок стены вылетел. Когда добирался, движение на Фрунзе уже было парализовано.

В тот момент, когда ты видишь привычную панельную многоэтажку, у которой верхние этажи все в огне, вокруг высоченные пожарные лестницы, у тебя возникает чувство растерянности. Ты просто не знаешь, как снимать. Не говоря уже о каком-то творчестве и о том, как сделать из этого хорошую картинку. Начинаешь фиксировать все, что ты видишь. Искать место, чтобы не мешать пожарным. Но постепенно привыкаешь, начинаешь выстраивать план, какие ракурсы нужны…

Но сделать это было сложно из-за того, что эмоции у толпы были довольно странные, почти половина воспринимали это, будто смотрят кино…

В школе, где разместился штаб, была тьма народу и гигантская суматоха: тут заполняют документы, там какое-то собрание… Это было даже страшнее, чем на самом пожаре. Потому что видишь людей, которых это все коснулось.

В машину МЧС, которая возила жильцов к зданию, чтобы они забрали домашних животных, я буквально силой напросился. На самом деле, повезло, могли бы и не взять.

Я уже уходил, когда появились еще операторы, фотографы. Женщина, которая выходила из дома с сумками и каким-то животным на руках, ударила одного фотографа по голове. Он ей лез буквально под ноги. Видимо, хотел снять картинку поэмоциональнее: заплаканное лицо, боль в глазах. Я такого не понимаю. В таких ситуациях нужно думать о чувствах людей. Делай работу, но не перегибай.


«Люди ходили сюда очень долгое время, прямо как паломники»

Ирина Бабаева,
живет на Сибирской, 31

— Я в тот момент мыла пол, в спальне сын спал. Вдруг слышу неимоверно сильный грохот. Когда я выглянула в окно, увидела, что у соседнего дома нет стены. Резко повалил дым, и прямо на глазах начал появляться огонь…

После того как начали тушить, из дома выбежали двое мужчин в одних трусах и кричали о ребенке, который остался в горящем здании. Потом мы увидели парня, он стоял на балконе десятого этажа и ждал помощи. Его пытались вытащить по пожарной лестнице, но он очень сильно боялся. Все, кто наблюдал за спасением из окон, начали его поддерживать, и через некоторое время его все-таки спустили.

Буквально за полчаса к дому понабежало просто невероятное количество людей. Потушили все только ближе к полуночи. На следующий день к нам пришел полицейский и спрашивал, где мы были во время взрыва и снимали ли его на видео. Потом позвонили из администрации и спросили, не повреждены ли окна. К счастью, окна у нас не разбились, хоть они у нас и не пластиковые. Весь день во дворе толпилась куча зевак. Да и вообще, люди ходили сюда очень долгое время, прямо как паломники.
Мы потом повесили жалюзи, что не видеть разрушенных этажей. Ощущение, как после войны.


Опубликовано в 96 номере от 14 марта 2013 года.

Оставьте свой комментарий


Архив

Цитата

«Мне непонятно, почему некоторые из ваших деревянных домов сохранились в таком плачевном состоянии. Это же такое уникальное явление, в мире их больше нигде нет!». Эмир Кустурица

Из материала

«Вспомнить все»

Проекты

Архив статей

  • 2013
  • 2012
  • 2011
  • 2010